Полтора года до пенсии Президентское время

By: admin 07 August 2015

Ужин с кенийскими родственниками.

Ужин с кенийскими родственниками.

“Страна родная Индонезия”... Памятник Обаме-школьнику

“Страна родная Индонезия”... Памятник Обаме-школьнику

“Африка, Африка!” – “Борт номер один” в Найроби.

“Африка, Африка!” – “Борт номер один” в Найроби.
  Семен Ицкович

Время – понятие относительное. Это вытекает не только из теории относительности Эйнштейна, но также из нашего повседневного опыта. Всем известно: когда чего-то с нетерпеньем ждешь, время тянется медленно и тягостно, а когда спешишь и боишься опоздать, оно, наоборот, ускоренно летит. Когда у нас много дел, времени нам не хватает. Когда же делать нечего, не знаем, как время убить.

Чтобы еще пояснить эту простую мысль, скажу о себе, что с нетерпением жду прихода ноября следующего года, когда позовут на выборы следующего президента. Хотел бы ускорить ход времени, а оно, наоборот, тянется как-то марудно. (Мне скажут, что это белорусско-украинское слово, выражающее тягостную медлительность, отсутствует в русском словаре. Да, но было бы и там нелишне).

Почему жду с нетерпением и хотел бы ускорить ход времени? Потому что предстоящие полтора года, боюсь, будут для нас в смысле развития политической ситуации бесперспективной паузой. Для президента Обамы тоже. Так мне кажется, поскольку негативные для него результаты прошедших в прошлом году промежуточных выборов в Конгресс лишили окончание его каденции того триумфа, на который лауреат Нобелевской премии мира изначально рассчитывал. Теперь, когда ему сидеть в Белом доме осталось полтора неинтересных года, рискну предположить, что они ему уже в тягость. Вот и рванул он в Африку.

Об этом путешествии чуть ниже, а в принципе о скучном завершении своей каденции в условиях, когда большинство в обеих палатах Конгресса получили республиканцы, настроенные по отношению к его инициативам оппозиционно, Обама высказался еще с полгода назад в интервью National Public Radio. Мысленно оглянувшись назад, президент тогда с удовлетворением отметил, что “проделанная нами работа начинает приносить плоды”, и это приносит ему “чувство освобождения”, а также “дает возможность сосредоточиться на других проблемах, на которые раньше не всегда хватало времени и возможностей”.

Теперь уже и времени, и возможностей хватает, поэтому он сел в самолет и полетел в Кению. Он уже был там в 2006 году, но тогда он был только сенатором, сейчас же кенийцы услышали: “Я горжусь тем, что являюсь первым президентом США, посетившим Кению”. В личном плане визит в Кению для него особый, поскольку здесь родился и вырос его отец, живут также многочисленные родственники.

Уже в аэропорту Найроби вместе с президентом Кении Ухуру Кеньяттой Барака Обаму встречала его сводная сестра Аума Обама, затем был ужин с родственниками, среди которых была его 94-летняя сводная бабушка Сара Обама, приезжавшая в прошлом году в США, где собрала 100 тысяч долларов на строительство медицинского центра в ее деревне. “Если у меня будет шанс, – сказала она журналистам перед встречей с внуком, – я постараюсь убедить его вернуться домой. Могила его отца в Когело, он еще не был там, чтобы помолиться у могильного камня”. Убедила ли она внука “вернуться домой”, неизвестно, но именно “возвращением домой” был назван приезд Обамы в Кению местной прессой. Толпы восхищенных людей приветствовали его, а когда он, выступая, щегольнул несколькими фразами на местном сленге языка суахили, “возвращение домой” уже разлилось в атмосфере.

Когда пятью годами ранее Обама посетил Индонезию, главная газета страны вышла с аналогичным заголовком на всю полосу: “Добро пожаловать домой, Барри!”. Действительно, с 1967 по 1971 год Индонезия была его домом, он учился в Джакарте, в государственной (конечно, мусульманской) школе и звали его тогда Барри Соэторо (по фамилии отчима). Во дворе этой школы стоит памятник ему, 10-летнему, но уже с Нобелевской медалью на груди. Его создали в 2009 году в ожидании приезда Обамы. Поначалу статуя была на площади в центре Джакарты, но протесты общественности вынудили правительство перенести ее за забор школьного двора. А мне в связи с этим вспоминается индонезийская песня тех лет “Страна родная Индонезия”, очень популярная в СССР, особенно в эпоху дружбы Хрущева с президентом Индонезии Сукарно, воспринявшим идеи социализма. Песня была популярна и в Индонезии, так что вполне вероятно, что и Барри Соэторо в школе ее пел...

Теперь от эмоций к делу. Официальной целью визита Обамы в Кению было его участие во Всемирном предпринимательском форуме, где он выступал в качестве сопредседателя. Главным его тезисом было провозглашение Африки динамически развивающимся континентом, который в потенциале может стать “новым центром глобальных экономических возможностей”. Собравшимся в Найроби африканцам перспектива стать мировым центром, несомненно, пришлась по душе, тем более, что Обама пообещал выделить на развитие бизнеса в Африке миллиард долларов, а незадолго до отлета в Кению он на приеме в Белом доме, посвященном подписанию им Закона об ускорении роста и расширении возможностей Африки, еще много чего пообещал. Я не знаю, что это за закон и прошел ли он через Конгресс США, не понимаю, почему закон о развитии Африки входит в компетенцию президента США, слышал по “Голосу Америки”, что “более 40 стран южнее Сахары могут рассчитывать в США на торговые льготы”.

“Африка, – провозгласил Обама на форуме, – движется вперед, и Кения – во главе этого движения”. Далее в переговорах с президентом Кении и в других выступлениях президент США призывал к развитию предпринимательства (чтобы занять молодежь), к равноправию женщин (“женщины, – он заявил, – двигатели предпринимательства), к борьбе с коррупцией (“путем открытых судебных процессов над нечистыми на руку чиновниками”), к защите слонов (пообещал инициировать закон, который резко ограничит торговлю слоновой костью) и сексуальных меньшинств.

Последняя тема встретила в Африке неприязнь. Ряд политиков и религиозных лидеров заранее предупреждали Обаму, чтобы он разговор на эту тему не затевал. Но Обама настаивал: “Если человек является законопослушным гражданином, занимается своим делом и никому не мешает, он не должен подвергаться дискриминации и дурному обращению. Точка”. Нет, не точка, сказал ему в ответ Кеньятта: “Наши общества по-разному смотрят на некоторые вещи, и трудно навязывать людям то, что они не принимают”.

Замечу кстати, что позиция президента Кении мне ближе того, что говорит Обама и что недавно по этому вопросу постановил Верховный суд США в попытке навязать людям (а также и штатам!) “то, что они не принимают”... Если отдельные штаты внесут этот вопрос на всенародное голосование в ноябре 2016-го, полагаю, это будет в духе демократии и Конституции США.

Следующие два дня Обама провел в столице Эфиопии Аддис-Абебе, где опять же испытал гордость от того, что из всех президентов США он первым посетил эту страну. В Африке, заметим, остаются еще десятки стран, не посещавшихся президентами США, так что в потенциале Обамы еще много мест, где он сможет испытать гордость первенства.

По сообщениям новостных агентств, Обама в Аддис-Абебе провел “искреннюю дискуссию” с премьер-министром Эфиопии Хайлемариамом Десаленем, на которой он призвал к расширению прав СМИ и оппозиционных партий. Говорить о правах сексуальных меньшинств в этой “откровенной дискуссии” президент США, кажется, воздержался.

Еще, как сообщил из Аддис-Абебы корреспондент “Голоса Америки”, Обама посетил там фабрику по производству пищевых продуктов, встретился с главой комиссии Африканского Союза Нкосазаной Дламини-Зумой, после чего состоялось главное событие визита: “Обама стал первым действующим американским лидером, который выступил в штаб-квартире Африканского Союза в столице Эфиопии”. Ну, точно, как в арии Фигаро: “Первый по счету – вот я какой!”.

Выступая в штаб-квартире Африканского Союза, Обама призвал мировое сообщество “признать прогресс, достигнутый Африкой” и “положить конец представлениям об Африке как об отсталом континенте”. Можно подумать, что он первым это теперь увидел своими глазами и поспешил поведать миру. Назвав Африку “колыбелью человеческого рода”, он польстил ей сомнительными комплиментами (“Миллионы людей на континенте уже смогли покончить с крайней бедностью...”), но одновременно признал, что проблемы еще есть, “включая борьбу с коррупцией, улучшение систем здравоохранения и преодоление последствий изменения климата на планете”. В этом перечне ничего нового, сей набор банальностей уже звучал многократно из Белого дома. Новизну можно узреть в другом: Обама призвал африканских лидеров обеспечить сменяемость власти: “Никто не должен оставаться президентом всю жизнь... Я не понимаю, почему некоторые желают так долго оставаться у власти, особенно, когда у них столько денег”. О реакции его слушателей на эти слова сообщений пока нет.

Да, чуть не забыл. “Президент также выделил время на то, чтобы лично встретиться с жителями Эфиопии, которым помогли американские инициативы в сфере развития. Крестьянка Гифти Джемаль Хусейн встретила президента Обаму с теплой улыбкой и заверила его, что он в корне изменил ее жизнь. Благодаря проекту развития, запущенному по инициативе президента Обамы, она получила доступ к более качественным семенам, повысившим урожай кукурузы, что позволило ей отправить детей учиться, купить корову и дом побольше”.

“Усталые, но довольные, мы вернулись домой” – это, кто помнит, дежурная фраза из сентябрьских сочинений советских школьников. Усталый, но довольный своим африканским турне, Обама вернулся в Белый дом, где ему в ожидании “чувства освобождения” от надоевших занятий, в принципе его натуре чуждых, но по недосмотру ему навязанных, предстоит провести еще долгие полтора года. Поскорее бы они ушли, да без плохих для Америки последствий!

Comments:

Log in or register to leave comments