Победа добра над злом

By: admin 27 January 2015
Нелли Зак

 Почему поляки и почему снова антисемитизм? Оставаясь антисемитами, поляки с риском для собственной жизни спасали евреев во время Второй мировой войны. Это яркий пример человечности, которая присуща людям. Сейчас, когда ненависть буквально разлита в мире, я считаю важным еще раз напомнить о человечности и добре.      

Еврейская тема никогда не перестанет интересовать людей, пока жив еврейский народ. Судьба евреев во время Второй мировой войны и отношение к ним населения оккупированных стран все еще являются предметом исследований, которые выявляют много неожиданного, противоречащего установившимся штампам в сознании людей. Беспрецедентная бесчеловечность, жестокость нацистов были настолько вопиющи, что в каждой стране, даже независимо от отношения к евреям, были люди, которые отдавали свои жизни во имя гуманизма и борьбы с несправедливостью. К счастью, в арсенале человеческой психики есть понятия более высокие, чем человеконенавистничество и антисемитизм – это человечность и доброта.

В то, что большинство поляков антисемиты, верят фактически все. На протяжении всей истории Польши они доказывали это неоднократно. Они помогали нацистам уничтожать евреев во время войны и устраивали жестокие погромы после нее. От их рук погибли десятки тысяч евреев.  Однако Вторая мировая война показала, что не весь польский народ объединился под лозунгом антисемитизма, что существуют понятия добра и зла, что человечность и справедливость выше ненависти. Многие поляки встали на защиту евреев, и это стало  неожиданностью для многих. Польша оказалась единственной страной, которая организовала централизованную, охватившую всю страну, помощь евреям. Общее руководство многочисленными подпольными организациями осуществляло польское правительство, находившееся в изгнании в Лондоне. В сентябре 1942 года писательница Зофия Коссак-Щуцкая и искусствовед Ванда Крахельска-Филипович организовали подпольный Совет помощи евреям. Организация состояла из активистов-католиков. Через три месяца ее пополнило много новых членов, она получила название «Жегота»  и просуществовала до мая 1945 года. В нее входили польские и еврейские активисты, люди разных идеологий и политических взглядов. В августе 1942 года Зофия Коссак-Щуцкая выпустила знаменитый Манифест о помощи евреям.

«В варшавском гетто, отделённом стеною от мира, несколько сот тысяч смертников ожидают своей смерти. У них нет надежды на спасение. К ним никто не приходит с помощью. Численность убитых евреев перевалила за миллион, и эта цифра увеличивается с каждым днём. Погибают все. Богатые и бедные, старцы, женщины, мужчины, молодёжь, грудные дети… Они виновны лишь в том, что родились евреями, осуждёнными Гитлером на уничтожение. Мир смотрит на эти злодеяния, самые страшные из всех, что знала история, и молчит… Больше невозможно терпеть. Тот, кто молчит перед фактом этих убийств, сам становится пособником убийц. Кто не осуждает — тот дозволяет. Поэтому поднимем свой голос, поляки-католики! Наши чувства по отношению к евреям не изменятся. Мы по-прежнему считаем их политическими, экономическими и идейными врагами Польши. Осознание этих чувств не освобождает нас от обязанности осудить преступления…»

Это воззвание распространилось по территории всей Польши и сыграло большую роль в деле спасения польских евреев. «Жегота» получала финансовую помощь от правительства в изгнании и оружие от Армии Крайовой – так назывались вооруженные формирования польского подполья. По данным Еврейского исторического института за спасение и оказание  помощи евреям погибло свыше 2000 поляков. Поляки занимают первое место по количеству Праведников мира – 6454 по данным на 1 января 2014 года. Это - 1/3 от общего количества.

В 2007 году в Америке была издана книга Дианы Акерман «Жена директора зоопарка: Военная история»  («The Zookeeper’s Wife: A War Story»). Эта книга о том, как директор Варшавского зоопарка Ян Жабинский и его жена Антонина, а также много других людей спасали евреев во время оккупации немцами Польши. Книга документальная, основана на дневниках Антонины Жабинской. Они оба были христиане, широко образованные люди. Они жили на своей вилле, расположенной на территории зоопарка, а зоопарк стоял на берегу реки Вислы вдали от густо населенных районов города.

Ян был членом подпольной организации Сопротивления.  Он и его жена Антонина прятали евреев в подвале своего дома, пустых клетках животных (зоопарк был немцами разорен), гаражах, сараях и разных закрытых местах. Из кухни дома незаметная дверь вела вниз в длинный подвал с недостроенными  комнатами. В дальнем конце одной из них еще в 1939 году Ян построил выход в случае опасности, который вел в «Фазаний дом» - вольер для птиц. В нем находился маленький домик, через который проникали в жилой дом те, которым хозяева давали приют. Этот птичник также облегчал тайную доставку в дом пищи. Ян построил в подвале туалет, провел водопровод и отопление, которое хотя бы относительно обогревало помещение. Другой туннель, похожий на скелет кита с ржавыми поперечными ребрами-дугами вел в клетку львов, которых уже в то время не было. Около клетки находилось помещение, в котором скрывались люди. Когда к дому подъезжала машина, Антонина начинала громко играть на пианино отрывок из оперетты Оффенбаха «Прекрасная Елена», где исполнялся текст: «Go,go,go to Crete». Это был знак всем тайным жильцам притаиться. Долго находиться на вилле «гости» не могли, и подпольщики находили для них место где-нибудь за пределами города и переправляли их туда.

Ян предложил немцам организовать ферму для откорма свиней, чтобы снабжать их свининой. Они согласились. Чтобы кормить свиней, Яну нужны были пищевые отходы, которые он собирал по всему городу, в том числе под этим предлогом он получил пропуск в гетто. Там у него было много друзей. Ян приносил им пищу. Часть узников ему удалось вывести из гетто на свободу. Один из них, Шимон Таненбаум, дал ему на хранение свою богатейшую коллекцию насекомых. Ею заинтересовался  директор фиктивного Бюро труда Варшавского гетто Зиглер. Ян сумел войти к нему в доверие, посещал его в бюро и стал в глазах охранника доверенным лицом Зиглера. Воспользовавшись этим, Ян стал выводить из гетто по одному узнику, заявляя, что «этот человек – со мной». Однажды охранник потребовал пропуск для «этого человека», и Ян показал ему свой, что вызвало растерянность стражника, а Ян сказал: «Не беспокойтесь, я никогда не нарушаю закон». С этого времени у него не было проблем, когда он сопровождал евреев с внешностью арийцев на свободу.

На третью зиму войны в доме уже был недостаток всего: тепла, воды, пищи. Закрыли часть комнат, перенесли в дом печурку из клетки льва, которая нещадно дымила. Окна на кухне замерзали даже изнутри. Стало так холодно, что согреть три этажа дома стало совершенно невозможно, и тогда всех «гостей» - скрывавшихся евреев – переместили в другие, более теплые дома в Варшаве и пригородах. Некоторые дома не были конфискованы немцами, и их владельцы скрывали еврейских женщин в виде гувернанток, служанок, поварих или портних, а мужчин – в виде рабочих на полях или мельницах. Некоторых прятали в крестьянских домах, или они работали в качестве учителей в школах. В одном поместье, владельцем которого был Маурис Херлинг-Груздинский, которое находилось лишь в пяти милях западнее даунтауна Варшавы, иногда одновременно укрывалось  до пятидесяти беженцев.

 Тайные группы доставляли евреев в дом Жабинских. Ян и Антонина  сердечно принимали их. Одной из тех, кто спасал еврейских детей, была Ирэна Сендлер (кодовое имя Иоланта). Она была дочерью врача-христианина и имела много еврейских друзей. Во время войны она работала в Управлении здравоохранения. Ирэна организовала Социально-благотворительный отдел, привлекла к работе 10 единомышленников и начала выпускать фальшивые документы с подделанными подписями. Она также ухитрилась получить легальный пропуск в гетто якобы от Санитарно-эпидемиологической станции под предлогом борьбы с инфекционными болезнями. В действительности социальные работники тайно проносили в гетто пищу, лекарства, одежду и деньги и одновременно выводили из него детей. Прежде всего, они убеждали родителей отдать им детей, а потом находили пути вывести их из гетто: в мешках для одежды, ящиках, гробах, младенцев – в коробках с дырками, чтобы они не задохнулись, через подвалы прилегающих домов и канализационные трубы, через здание старых органов власти (корт-хауз) и церковь всех святых. Младенцам давали снотворное, чтобы они не плакали. Детей прятали в католических семьях, сиротских домах и монастырях. Тех, у кого были выраженные  еврейские черты лица, монахини маскировали, бинтуя им головы и лица, как будто они были ранены. Таким образом, Ирэна вместе со своими друзьями сумела спасти из Варшавского гетто 2500 еврейских детей. На листах тонкой бумаги она записывала данные о детях и их родственниках, помещала их в банку и зарывала в саду, надеясь, что после войны дети смогут воссоединиться со своими семьями. После войны она передала все данные о детях председателю Центрального комитета евреев Польши. С помощью списка разыскали оставшихся в живых родственников спасенных детей, остальных - поместили в еврейские детские дома. Позднее многих детей переправили в Израиль. В октябре 1943 года ее схватило гестапо. Ирэну пытали и приговорили к смерти, но ее спасли члены андеграунда, подкупив охранника, который вел ее на казнь. До конца войны она вынуждена была скрываться и какое-то время  сама была «гостем» Жабинских.

Когда евреям Варшавы было приказано переселиться в гетто, часть из них предпочла скрыть свое еврейство, если позволяла их внешность, и играть роль поляков. В 1944 году от 15 до 20 тысяч евреев скрывались в различных местах, и 28 тысяч маскировались под поляков. Евреям помогали, возможно, 70-90 тысяч бескорыстных поляков и 3-4 тысячи делали это за деньги.

22 июля 1942 года началась ликвидация гетто. 6 августа всех детей сиротского дома, которым руководил Ян Корчак, и вместе с ним 10 человек обслуживавшего персонала погрузили в товарные вагоны.  Джошуа Перл, который был свидетелем этой сцены, в книге «Уничтожение Варшавского гетто» писал: «… 2 сотни чистых душ, обреченных на смерть, не плакали. Никто не убежал. Подобно раненым птицам они жались к своему учителю и наставнику, их отцу и брату Яну Корчаку». Немцы предлагали Корчаку сохранить его жизнь, но он отказался оставить своих воспитанников. В 1971 году россияне назвали его именем вновь открытый астероид – 2163 Корчак.

 Зофия Коссак-Щуцкая и Ванда Крахельска-Филипович - руководители «Жеготы» оказывали помощь евреям, прятавшимся в польских домах. Зофия имела связи среди католической верхушки, а Ванда была издателем журнала по искусству «Аркади» и социальным активистом.  «Жегота» объединяла польских католиков и политические группы, единственной целью которых было спасение евреев, а не борьба. С подобной целью существовала еще только  одна организация – партизанский отряд Тувия Бельского, который спас 1200 евреев. «Жегота»  действовала в кооперации с другими организациями польского Сопротивления. Она снабжала Жабинских и других спасателей деньгами и фальшивыми документами и искала отдаленные места, куда могли перебраться люди. Кроме членов организаций Сопротивления, спасателями и помощниками были простые люди: почтальоны, молочники и многие другие. Они рисковали своей жизнью, помогая евреям.

18 января 1943 года началось первое вооруженное сопротивление в Варшавском гетто. После этого выступления все больше узников появлялось в доме Жабинских. Люди были подавлены, многие психически травмированы. «Они отчаянно нуждались в надежде, что спасительный рай существует, что ужасы войны однажды исчезнут», - писала в своем дневнике Антонина Жабинская. Антонина была очень больна и большую часть времени проводила в постели, тем не менее и она, и Ян считали, что они должны поддерживать своих «гостей» и создавать атмосферу дружелюбия и юмора. В опустевшем зоопарке немцы организовали пушную ферму, выращивая пушных зверей, в основном – лис. Во главе ее они поставили поляка, который вырос в Германии. Этот человек, которого Ян и Антонина прозвали Фокс-мен, вселился в их дом без приглашения и вызвал у них панику. Но в дальнейшем оказалось, что он был их единомышленником, и его перестали бояться даже «гости». До войны он был  профессиональным пианистом и стал частенько играть на пианино. На эти концерты собирались все обитатели дома. «Я должна признать, что атмосфера в нашем доме была довольно приятной, - написала Антонина, - а кругом бушевала война, и обитатели дома не могли не испытывать страха». Ян и Антонина всегда имели при себе пилюли с цианистым калием.

В качестве подарка Гитлеру на его день рождения Гиммлер решил ликвидировать остатки Варшавского гетто 19 апреля 1943 года – в первый день еврейской пасхи. Рано утром бригада эсэсовцев численностью 2054 солдата и 36 офицеров с танками и пулеметами появилась в гетто. К их удивлению они обнаружили баррикады, а их встретил огонь из пистолетов, нескольких ружей и одного пулемета, гранат и «коктейлей Молотова». Восстанием руководила Еврейская боевая организация под руководством Мордехая Анелевича. Несмотря на свою малочисленность и слабую вооруженность, узники гетто смогли сопротивляться немцам в течение почти целого месяца: с 19 апреля по 16 мая, пока немцы не подожгли все гетто: дома и все вокруг вместе с людьми. В сражении и огне погибло 12-13 тысяч узников, оставшиеся в живых были отправлены в лагерь смерти Треблинка. Спастись из гетто сумели около 1000 человек. Восстание вызвало сочувствие среди массы поляков, но было  немало и тех, кто отнесся к этому равнодушно, а некоторые даже радовались разгрому гетто. Восставшим помогали Армия Крайова и многие подпольные организации, снабжая их оружием, продуктами питания, медикаментами, но всего этого было совершенно недостаточно. Подпольные газеты призвали поляков-христиан помочь спасшимся евреям найти убежище. Жабинские были одни из первых среди тех, кто откликнулся на этот призыв.

Автор рассказывает о польском инженере Феликсе Сивинском. У него была семья: жена и двое детей. Он помещал еврейских беженцев в своем доме, в квартире своей сестры, своих родителей и магазине своего друга. Он кормил 17 человек, причем нуждавшихся – кошерной пищей. Врач из подполья лечил их, а хозяева покупали необходимые лекарства. Один раз в месяц Феликс переводил всех своих подопечных в другие дома, а сам приглашал друзей и соседей к себе домой, чтобы они видели, что у него никто не прячется. Когда у него закончились деньги, он продал свой дом, а на полученные средства снял квартиры для себя и укрывавшихся евреев. Они оставались у него недолго, пока не были для них приготовлены фальшивые документы и не найдены другие дома.

Антонина была озабочена тем, как лучше замаскировать живших у них евреев, и решила, что лучше всего сделать некоторых из них блондинами, что она и сделала, покрасив их перекисью водорода. «Повсюду в городе другие спасатели применяли разные косметические трюки, чтобы замаскировать евреев, которых особенно рьяно искало гестапо после уничтожения гетто. Например, Мада Вальтер и ее муж открыли замечательный Институт красоты, где Мада давала советы еврейским женщинам, как сделать свою внешность арийской и не привлекать к себе внимание. Она давала им крестики на шею и учила христианским молитвам. Она учила их готовить свинину и традиционные польские блюда. Она учила их польским манерам, обычаям, поведению, свойственному польским женщинам. Как правило, когда полиция останавливала на улице евреев, она проверяла обрезанность у мужчин и умеют ли говорить молитвы женщины. Польский хирург Андрей Тройяновский и еще несколько его друзей делали операции, меняя характерные признаки еврейских носов и восстанавливая обрезанную часть плоти у мужчин» (А.Акерман). Эта операция упоминается в Библии как применявшаяся с 168 года до н.э. для маскировавшихся евреев во времена Римской империи, когда в Иудее возникла греко-римская мода на спорт в голом виде и публичные омовения. Чета Вальтеров прятала у себя пять евреев. Никто из тех, кому Мада давала советы и меняли внешность и манеры, не стал жертвой нацистов.

После неудавшегося покушения на Гитлера 20 июля 1944 года немцы в Варшаве заволновались, стали паковать вещи и покидать город, оставив гарнизон в 2000 солдат. Поляки готовились к Варшавскому восстанию. Восстание планировалось начать в момент, когда к Польше приблизятся армии союзников. Восставшие очень рассчитывали на помощь советских войск, которые остановились около реки Вислы как раз напротив зоопарка. Но у них, по-видимому, были другие планы, и помощь полякам они не оказали. У защитников Варшавы было 38 тысяч человек, 4000 из них – женщины. Несколько тысяч еврейских бойцов и многие евреи, которые скрывались в городе, приняли участие в восстании. Оружия не хватало. Узнав о восстании, Гитлер приказал подавить его самым жестоким образом. В город ворвались особые части СС и Вермахта. Жестокие уличные бои  продолжались с 1 августа по 2 октября 1944 года. Восстание было подавлено, выжившие сдались в плен. Погибли десятки тысяч бойцов и жителей города. 

Ян Жабинский (1897-1974) участвовал в Варшавском восстании, был тяжело ранен, попал в плен. В конце 1945 года вернулся домой. Он был ученым-зоологом, физиологом, писателем, написал 50 книг о жизни животных в зоопарке, много научных трудов. Он преподавал в школе и в подпольном университете во время войны, выступал по радио. Антонина тоже была зоологом и писала книги о животных для детей. В 1965 году Яд Вашем присвоил Яну и Антонине почетный титул «Праведник мира». Многие из тех евреев, которые скрывались на вилле Жабинских, выжили и разъехались по разным странам, многие уехали в Израиль.

Ирэна Сендлер (1910-2008) – спасительница многих детей - после войны подверглась преследованию со стороны польского правительства за ее сотрудничество с правительством Польши в изгнании и Армией Крайовой. Ее приглашал Израиль, но ее не выпускали, и только после свержения просоветского режима в Польше она смогла посетить Израиль. После войны она работала как социальный работник и адвокат, защищая инвалидов. Ей также было присвоено звание «Праведник мира». В Латвии в 2009 году о ней был поставлен фильм «Храброе сердце Ирэны Сендлер».

 

Зофия Коссак-Щуцкая (1890-1968), писательница, журналистка, ревностная католичка, участница польского Сопротивления, основательница Совета помощи евреям, который позднее был преобразован в организацию «Жегота». В процессе подпольной деятельности занималась спасением евреев и благотворительностью, стояла во главе подпольной католической организации. В 1943 году Зофия Коссак-Щуцкая была арестована и отправлена в Освенцим. В 1944 ее перевели в польскую тюрьму, где  она была приговорена к смертной казни, но в том же году была освобождена и приняла участие в Варшавском восстании. В 1982 году посмертно ей было присуждено звание «Праведник мира». В доме, в котором она жила, открыт музей. В 2009 году Банк Польши выпустил серебряную монету достоинством 20 злотых с надписью «Поляки, спасающие евреев» и портретом Зофии Коссак-Щуцкой. Всю жизнь она была антисемиткой, но считала, что все честные, порядочные люди должны противостоять убийству невинных людей.

Ян Карский (1914-2000), польский дипломат, участник движения Сопротивления. Работал в Бюро пропаганды и информации Главного штаба Армии Крайовой. Он считал своей миссией сделать все, чтобы остановить злодеяния немцев против евреев, полагая, что мир не знает об этом. В 1942 году он предпринял поездки в Англию и США, в условиях войны связанные с огромными трудностями и смертельной опасностью. Переодевшись в форму немецкого солдата, он дважды побывал в гетто, он все видел собственными глазами. Он горел желанием рассказать о всем виденном миру. Он думал, что если люди узнают, они придут к евреям на помощь. Ни правительство Э.Идена, ни Ф.Рузвельт, который принял его в июле 1943 года, не поверили ему и проявили полное равнодушие к судьбе евреев. Выступая на пресс-конференции в Вашингтоне в 1982 году, Я.Карский сказал: «Бог выбрал меня, чтобы Запад узнал о трагедии в Польше. Тогда мне казалось, что эта информация поможет спасти миллионы людей. Это не помогло, я ошибался. В 1942 году в Варшавском гетто и в Избице Любельской я стал польским евреем… При этом я остаюсь католиком. Я католический еврей».  В 1944 г. он написал книгу «Курьер из Польши: История тайного государства». Позднее Томас Вуд написал о нем книгу «Человек, который пытался остановить Холокост». Я.Карский не смог вернуться в Польшу, так как его деятельность стала известна гестапо. Он остался в Америке, стал профессором политологии Джорджтаунского университета, женился на польской еврейке, потерявшей в Холокосте всех своих родных. В 1982 году он получил звание «Праведник мира». Ему посвящены памятники в Польше, Тель-Авиве и Нью-Йорке.

 Из польских евреев, которых перед войной было 3.3 миллиона, осталось в живых 300 тысяч.

Польские интеллектуалы были удручены тем, что происходило в их стране. Существовал парадокс польско-еврейских отношений. «В оккупированной Польше можно было быть одновременно антисемитом и участником акций по спасению евреев» (Адам Михник. Польша. С евреями и без). Он пишет: «Участники антигитлеровского сопротивления часто были антисемитами, и евреи, боровшиеся в подполье против нацистов, вынуждены были скрывать свою национальность». И далее: «Помощь, оказанная польскими антифашистами евреям в годы войны, - одна из светлых страниц в истории Польши. Но самое поразительное - поляки, спасавшие евреев от немцев во время войны, после ее окончания боялись, что об этом узнают их соплеменники и будут обзывать их «юдофилами» или станут преследовать, врываться в их дома (в поисках денег, которые якобы евреи уплатили за свое спасение) или убьют их. С этим молчанием, кстати, связано то, что спасенные, которые уже жили в США или в Израиле, так долго не могли найти своих спасителей».

Спасители не считали себя героями. Обычно они говорили, как сказал Ян: «Я только исполнял свой долг. Если вы можете спасти чью-то жизнь, это твой долг постараться это сделать». «Каждый ребенок, спасенный с моей помощью, не основание для славы, а оправдание моего существования на земле», - Ирэна Сендлер. 

Comments:

Log in or register to leave comments