Ох, этот удивительный XXI век Прогресс наряду с одичанием

By: admin 22 January 2016
  Семен Ицкович

Мир, в котором мы живем, полон чудесных достижений науки и техники. Помню, как в былые годы я старался поддерживать свое понимание всех появлявшихся новшеств, чтобы иметь возможность просвещать своих детей, а потом и студентов. Теперь же в понимании и применении электронных чудес я безнадежно отстал не только от детей, но и от правнучек, ловко играющих маленькими пальчиками на привычных им “айпедах”.

Мне эти гаджеты, как и все прочие научно-технические новшества, тоже интересны, но не до них бывает в свете пугающих каждодневных новостей. То теракты в Париже, то в Кёльне и других городах Германии, приютивших полчища беженцев (вторженцев), какие-то выродки насилуют и грабят женщин; то им подобные в Иерусалиме нападают с ножами на прохожих, вынуждая израильтян на всякий случай иметь при себе оружие, чтобы успеть защититься; то сообщается о намерении администрации Барака Обамы принять в США в 2016-м для начала 10 тысяч беженцев из Сирии (по другим сообщениям – уже и 100 тысяч) с той же перспективой необузданного террора, причем одновременно эта администрация предпринимает меры к недопущению для американцев приобретения оружия для самозащиты.

Невеселые времена, куда ни кинь взор. Вот, скажем, “Эхо Москвы”, отличающееся от большинства российских СМИ тем, что там допускается некоторая свобода высказываний, хотя, несомненно, ограниченная и строго контролируемая. 2 января в программе “Код доступа” там выступила Юлия Латынина с очередным обозрением. “Итоги 2015 года, – сказала она, – для России очень печальны. Главный из них заключается в том, что прежний договор Кремля с народом, с достаточно обеспеченной прослойкой народа, что у нас баррель нефти по 100 и по 140, и мы можем делать всё, что хотим, а вы можете ехать отдыхать в Турцию и получать отчасти незаработанную ренту, этот договор кончился, мы вступили в экономическое пике уже давно. И, собственно, единственный выход сохранить для правительства популярность – это объяснить по образцу Роберта Мугабе в Зимбабве, что да, народ живет хуже, но он живет хуже потому, что мы встаем с колен и боремся с врагами”.

Далее в этом обозрении пошли разнообразные сюжеты, а затем (цитирую сокращенно): “Но я хочу поговорить о более фундаментальных вещах... о том... как сложились те основания, в которых эта катастрофа происходит, и почему в современном мире Россия не видит никаких вокруг себя стимулов для того, чтобы вести себя иначе. И я хочу начать с того, что в 1917 году...”. Ну, мы знаем, что случилось в 1917-м, поэтому обширный текст пропускаю и перехожу к концовке: “Последняя проблема... заключается в том, что катастрофа произошла не только в России, которая была эпицентром, катастрофа произошла и на Западе, благодаря влиянию Коминтерна... И мы увидели, как в 50-х годах начал разваливаться колониализм, а сейчас под напором тех же сил зла начинает разваливаться сам Запад. И ужас заключается в том, что... современного реформатора... если он попытается проводить свои реформы, оставаясь... в рамках всеобщего избирательного права... его сметет негодующий люмпен”.

С уважением относясь к талантливой, осведомленной и остро высказывающейся журналистке, должен заметить, что ряд высказываний Латыниной подвергается жесткой критике, в том числе со стороны весьма уважаемых лиц из оппозиции путинскому режиму, и они правы, их критика в основном справедлива. Не исключено, что и их подозрения о каких-то тайных связях верны. Даже название ее программы “Код доступа” порой наводит на искушение расшифровать этот код ее доступа к прямому эфиру. Однако то, что я здесь процитировал, не подлежит сомнению, это истинно и актуально, многое из наблюдаемого объясняет, привлекает внимание к опасностям и предостерегает от их недооценки.

Имею в виду, прежде всего, настороженное ожидание перемен в связи с вялотекущей (чуть не написал “шизофренией”) избирательной кампанией в США, в которой Демократическая партия идет на выборы со своей обветшалой и провальной левацкой идеологией, ведущей к уже обозначившейся катастрофе, а Республиканская партия в лице своего истеблишмента вместо выступления с программой действий вроде нового “Контракта с Америкой” развлекает страну скандальным балаганом, называемым дебатами. А время идет, ноябрь приближается, и вместе с его приближением растет тревога за будущее Америки.

Президент Барак Обама к концу прошлого года, по-видимому, изнывал от безделья, раз отважился выступить в юмористическом телешоу некоего Джерри Сайнфелда “Комики в машинах пьют кофе”, где, смакуя кофе, они хвастались своими автомобилями и обменивались плоскими шутками, среди которых удивила шутка Обамы, сказавшего, что он хотел бы обладать некоторой неузнаваемостью. По его словам, президент США Теодор Рузвельт был человеком, с которым можно было бы весело провести время. Он мог уехать на месяц в Йеллоустонский национальный парк, и никто не знал, где находится глава государства. “Мне бы это подошло”, – сказал Обама.

Еще ведущий спросил Обаму, сколько мировых лидеров, по его мнению, полностью выжили из ума. “Довольно значительный процент”, – ответил президент, не вдаваясь в детали. О веселом времяпрепровождении президента США весь мир был извещен “Голосом Америки”. О реакции мира на это чудачество сообщений не видел.

А как вы думаете, читатель, кого из мировых лидеров Обама посчитал выжившими из ума? Путина с Эрдоганом? Меркель с Олландом? Иранского аятоллу Хаменеи с саудовским королем Салманом? Сложный вопрос, на который только время даст ответы. Пока же рассмотрим эти пары в аспекте интересов Америки. Как путинский “русский мир”, так и эрдогановский тюркско-османский “мир” Америке неприемлемы. Прежде всего потому, что слово “мир” в данном случае означает не мирное сосуществование, а совсем наоборот и в переводе на английский означает не “peace”, а почти что “war”.

Кстати, анонсируемый Би-би-си в 2016-м новый британский сериал по роману Льва Толстого назван “War and Peace”, что отражает укоренившееся неверное понимание первоисточника: у Толстого в названии романа был не “мир”, а “мiр”, то есть общественность в том смысле, который звучит в поговорке “на миру и смерть красна”, которую недавно напомнил народу России ее президент. Если бы большевики при упрощении алфавита в 1918-м не убрали из него букву “i”, в переводе на английский было бы, наверно, “War and Society”, поскольку “War and Peace” – это, словами Тарапуньки и Штепселя, “переклад поганий”.

В паре Путин-Эрдоган шансы сторон на перевес в их противостоянии примерно равны. С одной стороны, Путин на данном этапе, вероятно, могущественнее. С другой стороны, шансы Турции как члена НАТО и кандидата на вступление в Евросоюз выглядят предпочтительными, к тому же надо помнить о массе солидаризующихся с Турцией среди тюркоязычных – от гагаузов Молдавии до уйгуров на Дальнем Востоке – с татарами в частности, открыто выражающими недовольство антитурецкими акциями. И дело тут не в турецких помидорах, с иронией упоминаемых Путиным, а в языково-культурном и религиозном их единении, рождающем в Татарстане и других регионах России сепаратистские настроения.

В паре Меркель-Олланд германская канцлерин, несомненно, сильнее и как союзник США надежней французского социалиста. Но с неконтролируемым наплывом мигрантов и она, к сожалению, постепенно слабеет. Третья из упомянутых пар – шиитский Иран и суннитская Саудовская Аравия – являют миру открытое противостояние двух непримиримых, хотя исходно родственных идеологий. Чем они родственнее, тем непримиримей, и Обама, кланявшийся саудовскому королю Абдалле, распинавшийся в любви к исламу в суннитском университете Каира, а затем вдруг сблизившийся с шиитским Ираном, попал нынче в двусмысленное положение, из которого нет достойного выхода. Отсюда сдача позиций по Сирии: если прежде Башар Асад был для него абсолютно неприемлем, то теперь он согласен ждать его отставки аж до марта 2017 года. Правда, этот срок Россию не устроит, Асад и дальше останется в российско-американских отношениях камнем преткновения.

Но не так для нас важны отношения с другими странами, как отношения внутри своей страны: между партиями, движениями и течениями, между конгрессменами и сенаторами, политиками и общественностью в ходе подготовки к очередным выборам, определенно судьбоносным. Дебаты, на мой взгляд, следовало бы на какое-то время переключить с персоналий на процедурные вопросы, включая главный: кто имеет право на участие в выборах. Отцы-основатели США, вдумчиво относившиеся к процедуре выборов, ввели для электората цензы, в последующем безосновательно отмененные. Об их восстановлении речи нет, но спасительным для страны решением было бы предоставление права голоса только налогоплательщикам. Похоже, и это сегодня не пройдет. Но уж совсем неприемлем допуск к голосованию всех подряд, даже без удостоверений личности, как нашими горе-либералами предлагалось.

В заключение вернусь к заголовку. Кто творит научно-технический прогресс? Десятки гениев, сотни и тысячи их учеников и соратников да миллионы предпринимателей, подхватывающих и воспроизводящих новации. Все вместе – ценные люди Земли, но их относительно немного – какие-то доли процента от численности населения планеты. Где они живут и творят? В десяти-двадцати государствах, оказавшихся ныне в осаде разного рода пришельцев-террористов, агрессивных тоталитарных режимов коминтерновского наследия, Аль-Каиды, Талибана, ИГИЛа и других диких орд головорезов, грозящих обрушиться на нашу цивилизацию. Передовые умы предупреждали, да к ним не прислушались, и вот уже наступают времена, когда пора нам, наконец, встрепенуться и обезопасить нашу жизнь.

Comments:

Log in or register to leave comments