Один год войны в письмах

By: admin 05 May 2015

ПРЕДИСЛОВИЕ
   Мои родители, Косарев Леонид Александрович (1911 -1960) и Минкина Белла Вульфовна (1910 – 1993), познакомились в Москве в 1931 году, когда работали на Арбатском телефонном узле. Отец был линейным монтером, а мама – телефонисткой. Впервые они узнали о существовании друг друга, поговорив по телефону, когда отец висел на “кошках” на телефонном столбе, а мама проверяла качество связи на станции. В 1933-35 гг. папа отслужил срочную службу в армии, мама его там навещала. Получили комнату в общежитии, в 1938 году родился мой старший брат Евгений (Геня).
   Когда началась война, мама уже закончила Институт связи, а папа работал и учился на вечернем в том же институте. В октябре 1941 года мама уехала в эвакуацию в Казань, где уже находились бабушка (мать отца Варвара Михайловна) и сын Геня, там она продолжила работать сменным инженером на телефонной станции. Папа был направлен вместе с Институтом связи в Ташкент, где продолжал учиться как по специальности, так и военному делу. Перед отправкой на фронт во второй половине 1942 г. получил удостоверение об окончании высшего военного заведения и звание лейтенанта.
   Мама смогла сохранить письма военного времени, которые она получала от папы с фронта и из госпиталей. Большая часть их относится к 1943 году. За этот год отец был дважды ранен. После войны папа продолжал служить в армии вплоть до демобилизации в 1956 году, в звании подполковника.
   Выдержки из писем, которые предлагаются вашему вниманию, на мой взгляд, достаточно хорошо характеризуют обстановку того времени как на фронте, так и в тыловых госпиталях. Ну и в первую очередь, в этих письмах видна та любовь и забота, которую мой отец старался донести до мамы.
   Я родился уже после войны. Теперь, прочтя эти письма, становится ясно, что я вообще мог не родиться, и как повезло моей семье, несмотря на то, что отец умер в 1960 году в возрасте 49 лет. Сколько же людей погибло на этой войне, оставив детей сиротами, а жен вдовами.
В нашей семье погибли на фронте 2 маминых брата (Абрам – в сентябре 1941 г. в районе Киева, и Яков – в январе 1944 г. под Ленинградом). Одна из сестер мамы и моя бабушка (мама отца) умерли в эвакуации. Отец мамы, мой дед Вульф Абрамович, после прихода фашистов в Могилев не попал в гетто. Его спрятали русские соседи у себя в погребе, там он прожил несколько месяцев и умер в возрасте 83 лет. “Праведниками” называют таких людей. К сожалению, на той же улице другие соседи выдавали еврейских детей немцам и даже сами убивали этих детей.
   Я думаю, что мои родители на фронте и в тылу сделали все от них зависящее, чтобы страна победила, они сделали все возможное, чтобы сохранить свою семью и любовь, поддерживая друг друга в это страшное время. Громадное спасибо им за это.

    Александр Косарев
    Wheeling, IL


30 СЕНТЯБРЯ 1942 г. Родная моя! Был на беседе. Ориентировочно получил назначение в авиадесантную бригаду (*)...Получил ст. лейтенанта. Начальник, который со мной беседовал, знал меня по службе в Пролетарской дивизии (**). Доволен ли я назначением? В основном да. Правда опасно. Но где не опасно? Я себя подготовил к этому. Ты тоже не волнуйся – не поможет. Потом все может кончиться хорошо. Крепко целую. Твой Леня

(*) Фактически он был назначен в подразделение связи 56 мех. бригады 23 танкового корпуса. (**) Отец проходил срочную службу в Пролетарской дивизии в 1933-35 г.г. Открытка отправлена из Москвы, проездом из Ташкента на фронт

    •   •   •

21 ДЕКАБРЯ 1942 г. Родная моя! Сообщаю тебе новый адрес. Пиши почаще. Вчера послал открытку. Пока все по-старому. Вести с фронта все лучше и лучше. Будем надеяться и ждать момента нашей встречи. Целую тебя и сына. Привет всем. Твой Леня [Открытка с фронта. Обратный адрес: Полевая почта 3626, часть 50]

    •   •   •

2 ФЕВРАЛЯ 1943 г. Родная моя девочка! Временно вышел из строя – пуля пробила колено “на вылет” 20.1.43. под Каменском. Сейчас лежу в госпитале в Слащевской, в 85 км от станции Кумылга. ... Нога пока сгибается плохо, но наполовину согнуть могу. Все врачи говорят, что через месяц побегу – и я сам так чувствую. ... Родная моя, все мои мысли только о тебе и нашем сыночке.... [Отправлено из госпиталя, ст. Слащевская, Сталинградской обл.]

    •   •   •

11 ФЕВРАЛЯ 1943 г. .... Вчера послал тебе телеграмму с адресом – Балашов, Саратовской области, ..... Госпиталь сравнительно хороший. Я был в четырех госпиталях перед тем, как попасть сюда – здесь лучше, но вообще... лучше не говорить. Только что сохранилось при мне – этим и пользуюсь. До госпиталя добирался 20 дней – в откр. машине (400 км) и поездом трое суток. Дальше двигаться не буду. Здесь подлечусь и обратно на фронт. Будет это через месяц –полтора...

[Письмо написано на листочке размером примерно 9 на 14 см, конверт сделан из такого же листочка бумаги. Похоже, что эти листочки были вырваны из записной книжки]

    •   •   •

16 (?) ФЕВРАЛЯ 1943 г .... Сегодня уже ... к удивлению всех, я хожу – один раз без поддержки. Если так пойдет дальше – то через месяц я буду в строю. Родная моя, я сражался хорошо. Можешь передать Генюрке (*), что папа был всегда впереди. Если бы из командования части кто-либо остался жив (или из моих товарищей), то они тебе безусловно написали...... Так смотри же, не забывай и не отчаивайся, если к тебе придут в голову всякие мысли. Даю тебе честное слово, что от тебя я ничего не скрываю, и что через месяц буду здоров... [*Евгений (Геня) – сын. В 1943 году ему было 5 лет.]

16 февраля 1943 г. Моя родная! С 13.2.43 я в новом госпитале для комсостава – это в 35 км от Балашова, в имении б. Нарышкина. Здесь очень хорошо. Кормят лучше. Лечат же, главным образом, временем. Я хожу прилично, но больше чем на 100 – 150 метров пока не упражняюсь. Жизнь здесь для ходячих может быть интереснее, т.к. разрешают гулять как в имении, так и в деревне до 11 вечера. Многие не приходят и ночами... Спят в нашей палате человек 50, четверо из одной части со мной. Судьба моих товарищей, оставшихся там, печальна, очень печальна. Если судьба приведет меня вновь в 56 мех. бригаду 23 т.к. (танкового корпуса), то в штабе я никого знакомых не найду. ... Пишу тебе редко, т.к. нет бумаги и конвертов. ...Родная моя, чувствую, что живешь ты плохо. Скажи, получаешь ли что-либо по аттестату? Как Генюрочка? Не забыл ли он меня?...

18 ФЕВРАЛЯ 1943 г. Надюшка!(*) .... Последний раз я был в танковой части и мы совершили глубокий прорыв на целых 120 км. Ранен я был под Каменском в горячем бою. На фронте, Надюшка, не так страшно, как можно подумать. Первый бой, где я получил боевое крещение, был очень напряженным и дал мне хороший опыт. Теперь, после ряда боев, я уже знаю, что и как делать по моей работе. Жду с большим нетерпением выздоровления..... [*Письмо старшей сестре Надежде Александровне Косаревой (1905 -1965). Сначала она была в эвакуации, но потом сумела пробиться на фронт и воевала санинструктором в танковом батальоне. Дважды была контужена в боях. Потеряла на фронте мужа.]

    •   •   •

21 ФЕВРАЛЯ 1943 г. Здравствуй, моя родная! От тебя я не жду пока ничего, так как быстро меняю свой адрес... У меня по-прежнему все в порядке. Самочувствие хорошее, поправляюсь быстро. Хожу неплохо, но быстро утомляюсь....

Дело было так. С рассветом 20.1.43 штаб переезжал в Каменск через Сев. Донец. Четверо из нас с автоматами сели сверху броневика. Во время переезда подверглись пулеметному обстрелу. Мартынов получил 2 ранения и умер через несколько минут. Я почувствовал как мое колено было пробито пулей. Крикнул: “я ранен”. Броневичек встал. Все соскочили. Но под ураганным пулеметным огнем ничего не могли перевязать. Тогда я притворился убитым. Мартынову уже и не нужно было притворяться... Броневик уехал. Я стал ползком пробираться в кусты. Затем <пошел> и через 200 метров дополз до блиндажа, где был узел связи. Там пробыл дотемна, т.к. противник вел непрестанный огонь. На руках у бойцов достиг ближайшей деревни в 2 км... Теперь все это позади. Многие <...> из товарищей попали в окружение и судьба их неизвестна...

Со своей частью связаться не могу – они стремительно двигаются вперед и бьют немцев. В марте месяце выйду из госпиталя, т.к. ранка давно поджила. ... После выздоровления я направляюсь в отдел кадров одного из фронтов. Там будет видно куда дальше. Поздравляю с 25 годовщиной Красной Армии. Жди новых хороших сообщений... [Письмо написано на 5 маленьких листочках бумаги (с оборотом), размером 7 на 12 см каждый]

    •   •   •

26 ФЕВРАЛЯ 1943 г. Моя дорогая девочка! ... На дворе весна. Тут это чувствуется особенно сильно, т.к. мы живем на лоне природы, в прекрасном имении (*). Все оживает. Надо и мне скорее в строй. Как ты, родная, как Генюрка? Хочу скорее получить ответ на мое письмо. ... Родная, скучаю без семьи. Не знаю, когда увидемся. Время такое – после госпиталя путь на фронт и т.д. Если останусь жив после войны, заживем хорошо, моя родная, моя милая девочка. Будем надеяться и ждать это время, а пока пиши мне чаще. Это единственное, что осталось сейчас нам. .... [* Госпиталь располагался в селе Пады, Саратовской обл., бывшем родовом имении Нарышкиных.]

    •   •   •

21 МАРТА 1943 г. Родная моя! Ты напрасно беспокоишься о моем здоровье. Чувствую себя хорошо и в ближайшие дни уезжаю на фронт. Недавно была комиссия, которая признала меня выздоровевшим. Правда хожу очень плохо – но есть еще время, за которое я смогу поправиться совсем ... Родная, почему ты ничего не сообщаешь о своем здоровье и здоровье сына?... лучше напиши всю правду, чем мне строить сотни разных предположений, одно хуже другого...

    •   •   •

НАЧАЛО АПРЕЛЯ 1943 г. Моя родная девочка! Пишу тебе регулярно. Чувствую себя по-прежнему хорошо – если бы были письма из дома, тогда и настроение мое было хорошее.... Родная, за последние дни сводки несколько ухудшились. Знай –это временно. Я думаю, что очень скоро еще раз скажется значение сталинградской победы, но уже непосредственно... Родная!...Как растет Генюрка? ... Конечно, война это игра случайностей, но не обязательно плохих случайностей. Я могу быть убит или тяжело ранен. Кто знает, быть может после войны мы будем жить во много раз лучше! И я в это верю.

    Смелого пуля боится,

    Смелого штык не берет.

В те дни я был все время впереди. Ты видишь – я хорошо поправляюсь. Если бы я был в тылу – поверь мне, меня бы не было в живых... [Написано письмо на первой и последней странице брошюры Сталина (на украинском или белорусском языке) “Об отечественной войне Советского народа”]

    •   •   •

20 МАЯ 1943 г. ... В бригаде все новые, встретили неплохо, но отношения того, которое было – пока нет… Был у меня друг – Алексей Глаголев – нет его теперь... тела его не нашли. Был еще друг Петя Пимошенко. Сейчас он в штрафной роте по пьяному делу. Вернется, если останется жив, числа 3-5 июня. Сейчас пришел приказ о награждении его орденом Отечественной войны II степени. Вообще в бригаде все награжденные.... [Как видно из письма, отцу удалось попасть в свою часть, в которой он воевал до ранения.]

    •   •   •

2 ИЮЛЯ 1943 г. Моя дорогая, моя любимая, моя девочка! Скучаю без тебя отчаянно. ... Сейчас я получаю от тебя письма регулярно и получил то письмо, которое ты <написала> первый раз 6 декабря 1942 г. Девочка моя, целый день я теперь думаю о тебе, все время ты <беспрестанно> передо мной, любимая моя, душа моя.. ... Девочка моя, настроение у меня хорошее. К бою мы готовы и в любой момент можем выступить. ....

    •   •   •

Начало ИЮЛЯ 43 г. Родная моя девочка! Пользуюсь случаем –товарищ едет мимо Казани – и пишу. .... Я живу хорошо, целый день в работе. Отношение хорошее. На днях меня приняли в партию. Партийный билет, правда, еще не получил, – на днях... [Письмо написано на одном листе бумаги (на одной стороне). Этот лист свернут как конверт.]

    •   •   •

17 ИЮЛЯ 43 г. Моя родная девочка! Спасибо, что пишешь регулярно. Я жив, здоров. Сегодня идем в бой бить немцев. Передовые части уже с утра уничтожают мерзавцев. Настроение хорошее. Трудностей много, но связь работать будет. Извини, что буду писать мало. Крепко целую тебя и сына....

    •   •   •

6 АВГУСТА 43 г. 9 часов утра. Здравствуй, моя родная! Я уже писал тебе, что карточки все я получил. Теперь все время смотрю на них. Родная, у меня все в порядке. Теперь буду писать реже, ты догадываешься почему ... Сегодня ночью слушал приказ тов. Сталина. Придется много поработать, чтобы и нам заслужить такую же похвалу. ... Жди следующего письма дней через десять ... [Письмо с фронта]

    •   •   •

17 АВГУСТА 1943 г. Моя родная! Пока у меня все в порядке – т.е. жив и здоров. От тебя давно не получаю ничего – должно быть получу сразу несколько писем. Живем в больших мощных блиндажах. Наши передовые части бьют немцев, бой идет очень сильный. Небо все покрыто самолетами. Временами стоит сплошной гул от артиллерии и от гула самолетов. Налеты следуют один за другим – наши самолеты здорово действуют. Ждем с минуты на минуту приказа .... [Письмо с фронта]

    •   •   •

КОНЕЦ АВГУСТА 43 г. ... У меня пока все в порядке. Судьба бережет меня. Вчера и сегодня нахожусь в сравнительной безопасности. Немцы оказывали ожесточенное сопротивление, но мы преодолевали его и шли вперед. Связь было организовывать трудно, но она со своими задачами справилась... Скучаю по тебе сильно и все время думаю о тебе. Скорее бы увидеться. Жди меня, родная... [Письмо написано на обратной стороне бланка радиограммы]

    •   •   •

3 СЕНТЯБРЯ 43 г. Моя родная! В последнее время я стал получать от тебя письма очень редко. За месяц получил, пожалуй, одно. В чем дело, моя родная, не случилось ли что с тобой, не заболелали ты или Генюрочка? У меня все пока в порядке. Отдыхаем за последнее время мало. Часто находимся в боях. Твои письма для меня очень большая радость. А я знаю о тебе очень мало. Как ты живешь, как проходят твои дни. Родная моя, помнишь ли ты меня всегда или бывают моменты, что забываешь? Я хочу думать, что не все женщины такие, которых здесь много. Никто не верит в верность своих жен. Конечно, это дело трудное, но я хочу верить, что пока я жив, ты всегда со мной. Я хочу думать, что ты ждешь меня и дождешься. Родная моя, если я приду когда-либо, я не буду тебя спрашивать ни о чем, так как я верю тебе

    Жди меня и я вернусь,

    Только очень жди…

    •   •   •

14 СЕНТЯБРЯ 43 г. Моя родная девочка! Вчера 13.9.43 я ранен осколком снаряда. Снаряд разорвался в 2-х метрах от меня и просто чудо, что я так легко отделался. Осколок попал в левую (опять в левую) ногу, повредил нервы и сухожилия и остался глубоко в кости. Место ранения – голень. Сейчас лежу в 18 км за Красноармейском. Сегодня думаю на своей машине тронуться куда-либо в тыл подальше. Родная, мы три месяца были в боях. Ежедневно смерть носилась над головой, но несмотря ни на что мы шли вперед и вперед. Когда либо я расскажу, как далеко мы были. Настроение у меня хорошее, свой долг я выполнил до конца.....

    •   •   •

21 СЕНТЯБРЯ 1943 г. ... Последние бои были не особенно напряженные (исключая самый последний – где был ранен), так что особого отдыха мне не требовалось. Если бы не нога – мчался бы с товарищами вперед и вперед. Работу мою оценили неплохо, представили к награде (*). Когда выздоровлю – все выясню. Месяца 3-4 назад подали на очередное звание “капитан”, да боевая обстановка не позволила узнать результат аттестации – говорят есть. До выздоровления все это оставляю в стороне. Родная моя, иногда мне хотелось бы написать тебе много, много, чтобы узнать во всех подробностях о твоей жизни....[*отец был награжден Орденом Отечественной войны II степени. Приказ № 01144 по войскам Ю-З фронта от 2 сентября 1943 г. “Электронный банк документов “Подвиг Народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 г.г.”]

    •   •   •

8 ОКТЯБРЯ 43 г ... Родная, теперь, кажется, можно присылать посылки. Найди мне учебник радиотехники для нормальных военных школ – это очень толстая синяя книга целой группы авторов. Если ее нет, то какой-либо другой учебник, где был бы курс приемников и передатчиков. В другом я ни в чем не нуждаюсь ... Часто вижу тебя во сне. Как бы хотелось мне увидеть хоть на минуточку и крепко обнять тебя. Живу надеждой на то, что все кончится благополучно и тогда мы будем всегда вместе , моя единственная родная девочка ....

    •   •   •

14 ОКТЯБРЯ 43 г ... Вчера на осмотре окружной хирург сказал, что операцию делать не надо – так и порешили ... Поздравляю тебя и Геню с 26 годовщиной Великой Октябрьской Революции. Наша территория освобождается все больше и больше и скоро наступит то время, когда мы заживем счастливо. Родная, части моего корпуса имеют теперь название “Чаплинских Краснознаменных танковых бригад” – это за Чаплино и Запорожье. А меня там нет... Скорее бы в строй! ...

    •   •   •

13 ДЕКАБРЯ 43 г. Беллочка, родная моя девочка!......Я знаю, что тебе трудно жить, у тебя фактически двое ребят и все это падает на тебя одну.....Иногда мне кажется, что с тобой что-то случилось, что ты заболела или еще хуже... Я о тебе теперь ничего не знаю.... За это время я, может быть, послал тебе 30 писем. Беллочка, как ты обеспечена на зиму теплом и дровами? Помогает ли военкомат? Посылаю тебе справку, что я в госпитале. Если будет какая-либо задержка в выплате денег – справка поможет. Аттестат кончается еще не скоро – в мае .... Девочка моя дорогая, ты всегда передо мной, как далекая и желанная звездочка, как самое дорогое, что у меня есть на свете. Родная моя! Придет время, когда я обниму тебя крепко крепко и мы будем вместе воспитывать нашего сына и у нас еще будут дети, как ты мне когда-то обещала... [Это письмо написано на 8-ми маленьких кусочках бумаги (на обеих сторонах), размером 7.5 на 12.5 см каждый.]

    •   •   •

22 ДЕКАБРЯ 43 г. Родная моя девочка! Ты не можешь себе представить, как я обрадовался твоему письму – первому за много месяцев. Девочка, Беллочка моя, я тебе пишу часто и буду писать еще чаще. Я, также как и ты, мечтаю о встрече и о нашей будущей жизни. Не знаю, когда мы встретимся, должно быть не скоро, но это никак не должно отозваться на ухудшение наших взаимоотношений. Нет ничего, чтобы нас отделяло друг от друга, ...

Девочка моя, я очень счастлив тем, что ты любишь меня, это дает мне новую силу и жизнь моя не становиться пустой. Родная моя, я люблю тебя по-прежнему и всегда, всегда думаю о тебе, моей жене, моей звездочке, моей самой близкой и родной....Беллочка, твои труды никак не могут пропасть зря – Генюрочка это наше будущее, и я тебя целую за него много, много раз ... Родная моя, любимая моя, хочу быть с тобой, смотреть в твои глазки и никогда с тобой не расставаться. Люби меня, моя девочка, будь мне верна, иначе мне не захочется жить. Крепко, крепко целую тебя... [Это письмо написано на листе, вырванном из старой амбарной книги]

    •   •   •

8 ФЕВРАЛЯ 44 г. Беллочка, родная моя! Доехал, против ожидания, хорошо. ... получил полку на втором этаже и спал всю дорогу. Я опоздал на сутки, но н-к строевой части сказал: “бог простит” – в общем, все в порядке..... Родная моя, всю дорогу думал и видел тебя во сне (а также свою часть видел)... Будь спокойна, моя дорогая, я буду беречь себя для тебя и сына. Настроение хорошее. ...Крепко, крепко целую, мою родную, любимую девочку. Твой Леня

Comments:

Log in or register to leave comments